Таким увидели Ивана Кутайсова зрители советского фильма «Крепостная актриса»В предыдущей статье мы говорили о происхождении Ивана Кутайсова и начале его блестящей карьеры в Петербурге. Сегодня мы продолжим и закончим этот рассказ.
Стремительная карьера Ивана Кутайсова в период правления Павла IВ 1796 году на российский престол вступил Павел I — крестный отец и давний покровитель Ивана Кутайсова. Он сразу же назначил его гардеробмейстером — а это уже чин пятого класса Табели о рангах. Далее милости просто посыпались на героя статьи: в 1798 году он стал обер-гардеробмейстером (чин IV класса) и получил орден Святой Анны I степени. Наконец, в феврале 1799 года Павел даровал ему титул барона и повысил до егермейстера (придворный чин III класса). В мае продолжавший брить Павла Кутайсов стал графом, в июле был награжден орденом Святого Александра Невского. Герб графа КутайсоваВысшее общество Петербурга к новому аристократу относилось с презрением. Иван Долгоруков с иронией писал в мемуарах «Капище моего сердца»:Меншиков торговал блинами! Почему же и Кутайсову не быть графом? Он же мастерски брил бороду Павлу! Это не безделица!Более категоричен был А. Суворов, который, не стесняясь, с возмущением говорил о Кутайсове: Сначала он мне двери открывал, а теперь я должен при встрече его сиятельством называть.Именно Кутайсова решили отправить для встречи полководца, возвращавшегося в Россию после триумфальной кампании в Италии и знаменитого перехода через Альпы. Оскорблённый таким выбором Суворов публично унизил «турчонка», состоявшийся между ними диалог дошёл до нас в изложении Н. Греча:— Кто вы, сударь?— Граф Кутайсов.— Граф Кутайсов? Кутайсов? Не слыхал. Есть граф Панин, граф Воронцов, граф Строганов, а о графе Кутайсове я не слыхал. Да что вы такое по службе?— Обер-шталмейстер.— А прежде чем были?— Обер-егермейстером.— А прежде?Кутайсов запнулся.— Да говорите же!— Камердинером. — То есть вы чесали и брили своего господина.— То... Точно так-с.— Прошка, ступай сюда, мерзавец! Вот посмотри на этого господина в красном кафтане с голубой лентой. Он был такой же холоп, фершел, как и ты, да он турка, так он не пьяница! Вот видишь, куда залетел! И к Суворову его посылают. А ты, скотина, вечно пьян, и толку из тебя не будет. Возьми с него пример, и ты будешь большим барином!Продолжим цитату Греча:Кутайсов вышел от Суворова сам не свой и, воротясь, доложил императору, что князь в беспамятстве и без умолку бредит.В результате Павел I отменил все намеченные торжества по случаю возвращения Суворова и даже отказался посетить тяжело больного полководца.Уже позже в стихотворении «Моя родословная» в уничижительном смысле упомянул Кутайсова и Пушкин:Не торговал мой дед блинами,Не ваксил царских сапогов,Не пел с придворными дьячками,В князья не прыгал из хохлов,И не был беглым он солдатомАвстрийских пудреных дружин.Здесь мы видим последовательные указания на Александра Меншикова, Ивана Кутайсова, тайного мужа Елизаветы Петровны Алексея Разумовского и служившего в саксонский армии прадеда Петра Клейнмихеля (руководителя строительства железной дороги Петербург – Москва). При этом Пушкин поддерживал хорошие отношения с сыном героя статьи — Павлом Ивановичем Кутайсовым, обер-гофмейстером двора, председателем Общества поощрения художников. Но вернемся к Ивану Кутайсову, который теперь действительно стеснялся своих обязанностей царского парикмахера. Однажды он попытался перепоручить бритье императора какому-то гвардейскому фельдшеру. Николай Греч так пишет об этом в книге «Записки о моей жизни»:Пленный турчонок мало-помалу сделался обер-шталмейстером, графом, андреевским кавалером и не переставал брить государя. Наскучив однажды этим ремеслом, он стал утверждать, что у него дрожит рука, и рекомендовал, вместо себя, одного гвардейского фельдшера. Но таков был взгляд Павла, что у бедного унтер-офицера, со страху, бритва вывалилась из руки, и он не мог приступить к делу. — Иван! — закричал император, — брей ты!Иван, сняв андреевскую ленту, засучил рукава и, вздохнув, принялся за прежнее ремесло.Итак, аристократы Кутайсова презирали, но это совсем не мешало им заискивать перед царским любимцем и покупать его благосклонность подарками и даже прямыми взятками. Вёл Кутайсов и собственную «игру», однако человеком он был более чем заурядным, потому и игра у него была «мелкая». Великий князь Николай Михайлович в историческом труде «Русские портреты XVIII и XIX столетий» утверждал, что у Кутайсоване было никаких убеждений, и широкие государственные интересы ему были чужды; склонность к интригам, корыстолюбие, страх за свое положение руководили им.Известно, что Кутайсов инспирировал доносы на Гавриила Державина и казначея Алексея Васильева. Первый помешал ему задешево купить имение одного из фаворитов Екатерины II — Семена Зорича, второй отказал в выделении в ссуды. Более того, проблемы начались даже у отказавшегося продать Кутайсову конный завод генерал-аншефа Алексея Орлова-Чесменского. За содействием по лоббированию своих проектов дважды к Кутайсову обращался британский посланник граф Чарльз Уитворт, который заплатил ему в общей сложности 60 тысяч рублей. По мнению многих мемуаристов, именно Кутайсов был причастен к разрыву Павла I с его многолетней любовницей Екатериной Нелидовой и появлению у императора новой пассии — Анны Лопухиной. Дмитрий Левицкий. Портрет воспитанницы Императрицы воспитательного общества благородных девиц Екатерины Ивановны Нелидовой в костюме Серапины из «Служанки-госпожи Перголези», 1773 г.Анна Лопухина на портрете работы Жана-Луи Вуаля, 1792–1793 гг.Генерал-майор Николай Саблуков пишет об этом в «Записках о времени императора Павла и его кончине»: Для неё (Лопухиной) было устроено особое помещение, нечто вроде дачи, в которую Павел мог легко пройти из «Розового Павильона», не будучи никем замеченным. Он являлся туда каждый вечер, как он вначале сам воображал, с чисто платоническими чувствами восхищения; но брадобрей (Кутайсов) и Лопухин-отец лучше знали человеческую натуру и вернее смотрели на будущее. Им постепенно удалось разжечь чувства Павла к девушке путём упорного её сопротивления желаниям Его Величества, что, впрочем, она и делала вполне искренно, так как, будучи ещё в Москве, она испытала довольно серьёзную привязанность к одному князю Гагарину, служившему майором в армии и находившемуся в Италии, в войсках Суворова.Но при этом, по свидетельствам современников, Лопухина с самого начала откровенно кокетничала с императором и буквально «пожирала его своими карими глазами». Трудно сказать, как эти «пожирания глазами» императора согласовывались с чувствами к находившемуся в Италии майору Гагарину. А Павел I, чтобы угодить Лопухиной, даже отменил свой запрет танцевать вальс. Говорили также, что и стены Инженерного (Михайловского) замка были покрашены в цвета перчаток Анны Лопухиной. Кроме того, в её честь получил название «Благодать» один из новых боевых кораблей (это буквальный перевод имени Анна). Но Кутайсов совершил большую ошибку, когда присоединился к ходатайству графа Палена о возвращении в столицу братьев Зубовых — они сразу же стали активными участниками заговора против его благодетеля Павла. Говорили также, что именно Кутайсову кто-то направил письмо о готовящемся перевороте, однако он так и не удосужился его вовремя прочитать. Впрочем, многие полагают, что это поздняя легенда — потому что кому же ещё было посылать такое письмо, если не любимчику императора? Кутайсов в ночь убийства Павла IУпоминавшийся выше Николай Саблуков в своих «Записках о времени императора Павла и его кончине» прямо упрекает Кутайсова в трусости, утверждая, что, услышав шум в спальне императора, тот бежал, вместо того чтобы поднять тревогу. А ведь участники заговора больше всего боялись, что об их замысле узнают солдаты охраны Инженерного замка, и дворцовый переворот 11 марта 1801 г. стал единственным, в котором не участвовали рядовые. Делать том, что репрессии Павла касались главным образом распущенных офицеров-дворян, и даже возглавивший колонну цареубийц Л. Беннигсен признавал потом:Император никогда не оказывал несправедливости солдату и привязывал его к себе.Христофор Ливен утверждал:Успей Павел спастись бегством и покажись он войскам, солдаты бы его сохранили и спасли.Заговорщики были бы подняты на штыки, даже если бы успели убить императора. Но, по сообщению Саблукова, Кутайсов даже не попытался спасти Павла:Пронырливый Фигаро скрылся по потайной лестнице и, забыв о своем господине, которому всем был обязан, выбежал без башмаков и чулок, в одном халате и колпаке, и в таком виде бежал по городу, пока не нашел себе убежища в доме Степана Ланского, который, как человек благородный, не выдал его, пока не миновала всякая опасность.Жизнь И. Куйтайсова после убийства Павла IПосле убийства Павла I Кутайсова на всякий случай все же арестовали, но, убедившись в полной его ничтожности, почти сразу же и отпустили. Новый император оставил ему все пожалования убитого отца, а за «ловли» на Волге выплатил значительную компенсацию в 150 тысяч рублей. Но Кутайсов был так напуган, что на несколько лет покинул Россию. Вернувшись, уже никакой роли в придворной жизни не играл. Зимой жил в Москве, летом — в подмосковном имении Рождествено. Иногда приезжал и в Петербург. Бывший интриган-царедворец теперь занимался сельским хозяйством, построил приносившие хороший доход мукомольную мельницу, конный завод, суконную и полотняную фабрики. Умер Иван Кутайсов в возрасте 75 лет в январе 1834 года. Супруга пережила его на 14 лет, вот как выглядела она в старости:В советское время И. Кутайсов стал одним из центральных персонажей оперетты «Холопка», которую в 1929 году написал Н. Стрельников. В 1963 г. по её мотивам был снят фильм «Крепостная актриса», кадр из которого вы видели в начале статьи. Роль Ивана Кутайсова исполнил Е. Леонов. В некоторых других, снятых уже в постсоветской России, фильмах Кутайсов является второстепенным персонажем. Вот таким «чёрным человеком» он предстал вдруг перед зрителями сериала «Павел. Первый и последний» (2005 г.):Сыновья придворного интриганаИз потомков героя статьи наиболее известен родившийся 30 августа (10 сентября) 1784 года сын Александр, который службу в гвардии «начал» ещё в девятилетнем возрасте, да так «хорошо», что в 15 лет стал полковником лейб-гвардии Артиллерийского батальона. Напомним, что даже родственник всесильного Потемина Николай Раевский в 19 лет было «всего лишь» подполковником, а великий Суворов это звание получил в 28 лет. Багратиона в этом чине мы видим в возрасте 29 лет, Барклай-де-Толли его получил в 33 года. А вот Александр Кутайсов в возрасте 23 лет уже стал генерал-майором — самым молодым генералом в истории Российской империи. Столь быстрому карьерному росту, разумеется, посодействовали старые знакомые его отца, которые ещё сохраняли влияние в Петербурге. Однако надо отметить, что Александр Кутайсов не стал столичным «паркетным шаркуном» и великосветским «мажором». Большую роль в его судьбе сыграл Аракчеев — начальник строгий, требовательный, но справедливый. Сам артиллерист, он многому научил юношу, именно под его влиянием Александр Кутайсов начал активно заниматься самообразованием. Незадолго до смерти он даже составил «Общие правила для артиллерии в полевом сражении».Сын фаворита принимал активное участие в Войне Четвёртой антифранцузской коалиции: командовал артиллерийскими частями в сражениях при Голымине, Прейсиш-Эйлау и Фридланде. В битве при Прейсиш-Эйлау, кстати, начальником всей русской и артиллерии был его дядя по материнской линии генерал-майор Дмитрий Петрович Резвый (Резвой), который очень умело расположил батареи, нанесшие огромный урон армии противника. Удар центральных батарей по вышедшему на них корпусу маршала был поистине страшным — в считанные минуты погибли многие старшие офицеры французов, и был ранен сам Ожеро.Павел Христофорович Граббе — участник Отечественной войны 1822 года, бывший адъютант генерала А. П. Ермолова и будущий декабрист, вспоминал об Александре Кутайсове: Малого роста, но прекрасно сложенный в силу и красоту, с приятным лицом и значительным взглядом, в веселые свои минуты он был обворожителен. Но почти всегда он был грустен.Однако другие мемуаристы называли А. Кутайсова «ученым математиком и веселым поэтом». В. Жуковский в оде «Певец во стане русских воинов» писал о нем:А ты, Кутайсов, вождь младой…Где прелести? Где младость?Увы! он видом и душойПрекрасен был, как радость.А. Кутайсов на портрете Военной галереи Зимнего дворцаВ 1812 году в возрасте 27 лет он стал командующим артиллерией 1-й Западной армии Барклая-де-Толли, принимал участие в боях при Островно и у Смоленска, а во время Бородинского сражения командовал уже артиллерией обеих армий. Издал приказ:Подтвердить от меня во всех ротах, чтобы они с позиций не снимались, пока неприятель не сядет верхом на пушки... Артиллерия должна жертвовать собою; пусть возьмут вас с орудиями, но последний картечный выстрел выпустите в упор, и батарея, которая таким образом будет взята, нанесет неприятелю вред, вполне искупающий потерю орудий.По свидетельству очевидцев, он «хладнокровно переезжал с одной батареи на другую». Около часа дня вместе с начальником штаба 1-й армии Ермоловым Александр Кутайсов отправился «во 2-ю армию, снабдить артиллерию снарядами, в которых оказался недостаток». Ермолов вспоминал, что у оставленной российскими войсками батареи Раевского: Граф Кутайсов, бывший со мною вместе, подходя к батарее, отделился вправо, и встретив там часть пехоты нашей, повел ее на неприятеля.Здесь он и нашёл свою смерть. Свидетелей его гибели не было, упоминавшийся выше П. Х. Граббе пишет: Скоро по возвращении моем на батарею увидели скачущую полем лошадь графа Кутайсова. Ее поймали. Седло и стремя были окровавлены... Не оставалось сомнения в судьбе его постигшей, но тело его не найдено, и обстоятельства последних его минут остались неизвестны.Через 4 дня Александру Кутайсову должно было исполниться 28 лет. Более счастливо сложилась судьба старшего сына Ивана Кутайсова — Павла. Он стал сенатором, членом Государственного совета, обер-гофмейстером императорского Двора, председателем Общества поощрения художников. Любопытно, что женился он на младшей единокровной (то есть по отцу) сестре Анны Гагариной-Лопухиной, которую его отец пытался свести с Павлом I.
«Петербургский Фигаро» Иван Кутайсов. Пик карьеры и бесславный финал жизни любимца Павла I
